'Никогда
не идите по чужим следам.
Лучше уж ступайте по
своим:'
(автор неизвестен) |
- Ну,
готов!?
- Готов, готов:.
- Ничего не забыли?
- Хм:ничего.
- Тогда с Богом.
И трижды перекрестившись,
Славик нажал на педаль
газа. Мотор отозвался
недовольным низким
урчанием и машина
потащилась в гору увозя
себя и сидевших в её чреве
рыболовов в обратный путь.
Постепенно набирая
скорость, замелькали
округлые вершины чуть
тронутых первой зеленью
холмов, поникшие деревья с
прозрачными, застывшими на
ветвях каплями дождя,
нависший над всей этой
тишиной, ворсистый ковер
серых грустных туч. Время
ускорило свою эволюцию,
закрутилось, полетело в
обратную сторону:
Наш Бегемот постоянно
тряся колёсами, вновь
летел по мокрой песчаной
дороге.
Так заканчивалась наша
многотрудная поездка за
весенней форелью. Рыбой,
перипетии охоты за которой
застревают в памяти на
многие годы. Почему так
происходит? Я не знаю
ответа на этот вопрос.
Вероятно виной всему, мы
сами. Особенности нашей
памяти. Роясь в городской
толчее, питаясь благами
цивилизации и мысля её
химерическими
телевизионными
ценностями, мы не замечаем
как величественно и
неуклонно движется Время.
Мы не видим тех следов,
которое оно оставляет
после себя. Лишь вечно
скачущие калейдоскопом
никчёмные события, ворох
новостей, пустых слов,
фактов:
Машину тряхнуло на
очередном ухабе. Перед
глазами вновь возникла
бесконечная дорога. Вот и
первые очаги асфальта -
происки некогда
могущественной
коммунистической
цивилизации.
- Спишь?
- Не-а.
- Тогда по конфете?!
- Угу (доставая по конфете).
- А о чём думаешь? О форели?
- Хм.. О форели. Ну пусть
так..
Странная рыба, эта форель.
Её сложней не поймать, чем
поймать. Поимка рыбы за
которой тащился куда-то с
тяжелой сумкой, окрыляет.
Заставляет чувствовать
себя мастером, пупом Земли.
Добавляет адреналина.
Одновременно лишает воли и
стойкости. Так и кажется,
что пятнистые рыбы только
и делают, что интересуются
мастерски подобранной
блесной какой-нибудь фирмы
Myran. Они будут отныне
ловиться всегда. Секрет
раскрыт. От него не
осталось и следа
Увы, Дорогой Читатель. Это
обман!
Отрицательный результат
способен глубоко ранить
психику. Пройденные
версты, буреломы, завалы,
чавкающие в глиняных селях
сапоги, мёрзнущие руки и в
довершение всему, мерзкий
колючий дождь.
Безрадостная картина.
Злобная мутная река, щурша
перекатами, шепчет: - Нет,
нет:.здесь нет ничего!
Пара уток, промчавшись над
самой головой и свесив
головы, что-то удивлённо
крякнули. Настроение
упало, закатилось куда-то
под мокрый камень, одиноко
прилипший к песчаному
берегу. Сопротивляться нет
больше сил..
Но и это тоже обман,
Дорогой Читатель.
Надувательство!
Вы не хотите или не можете
пройти 15 километров чтобы
ничего не поймать?
- Тогда Вам не надо ехать за
форелью.
Вы алчны и хотите
запастись рыбой, как
где-нибудь на Ахтубе? У Вас
припасено для этого два
вместительных мешка?
- Вам не надо сюда, в эту
загадочную страну. Она
обманет Вас и растопчет
Ваши надежды.
Вы любите комфорт? Любите
погреть своё тело на
солнце? У Вас изнеженная
спутница и Вы не из
гвоздей?
- Нам явно не по пути.
Вы боитесь одиночества?
Боитесь остаться наедине с
собой, когда лишь
включенная рация будет
напоминать, что Вы ещё
как-то связаны с внешним
Миром? Вы боитесь
собственных мыслей?
- Вам в другую сторону:
Хлоп! Машину вновь
тряхнуло. Очки соскочили, а
мысль застряла в каком-то
странном положении.
- Вот это да!
- Да:.
- Ещё конфету?
- М:м:.
Справа показалось
небольшое озеро.
Порывистый ветер срывал
пену с верхушек волн.
Посреди всего этого
разгула утлая плоскодонка
с серой фигуркой мужика, из
последних сил гребущего
против ветра. Озеро
мелькнуло и отправилось
куда-то в глубины памяти.
Впереди вновь шуршала
дорога, а многочисленные
ямы дерзко бросались под
колёса нашего бегемота.
- Слушай, а что было в той
форели?
- Клоп!
- Клоп? А, тот плоский и
прямоугольный.
- Ну да, тот самый.
- Один?
- М:м..да, один.
Единственный.
- Не густо, не густо:
Тут я стал воображать, как
стадо водяных клопов
ползает по камням, поедая
свежие побеги
тёмно-зелёных водорослей.
Да и не клопы это вовсе, а
чьи-то там личинки.
Какой-то стрекозы со
странным названием - Бабка.
Стрекоза бабка.
Представляете? Бред
какой-то: Одно неверное
движение и личинку уносит
безжалостное течение. Оно,
словно фокусник, крутит и
вертит медлительной и
неповоротливой личинкой
пока не затащит её в
какой-нибудь затишок. Под
камень. Под новый камень,
где так много свежей
зелени: Очень даже может
быть, что личинки
специально плавают от
камня к камню таким
образом. Течение - это для
них, своего рода
пассажирский поезд.
Две толстые форели
притаились за камнями.
Одна форель Славик, другая
- я. Мы караулим наши
замечательные, плывущие
прямо на нас, личинки.
Только мне почему-то плохо
видно то, что происходит
перед моим камнем. Тогда я
решаю смотреть перед
камнем Славика. Поток пока
ещё ламинарный и мне всё
отлично видно. О! Плывёт:
- Славик, а ты был
когда-нибудь форелью?
- Я? Не-а:
- Хм:И я тоже:
- Обидно.
- Да уж. Мы бы знали всё.
Тем временем небо
потемнело. Начался дождь.
Капли застучали в лобовое
стекло, постепенно
превращаясь в некие
прозрачные подобия живых
существ. В какой-то момент
существа разом поползли
вверх, по направлению к
крыше. Как забавно!
Подобное, выглядит и ведёт
себя подобно.
Попытки представить себя
толстой форелью,
проглатывающей лакомую
личинку, кончились тем, что
меня начало мутить.
- Славик, конфету?
- М:м..конфету? Давай.
Тем временем, впереди
замаячил наклоненный
набок грузовик и одинокая
фигурка водителя сбоку.
Разложив свой нехитрый
скарб прямо на проезжей
части, скрюченный, он
ковырялся с домкратом. Ещё
дальше, на встречной
полосе возникла толстая
белая морда здоровенного
трейлера. Славик поддал
перцу и бегемот вихрем
промчался между мужиком и
трейлером.
- Интересно, он бы обиделся?
- Очень. До смерти.
Я мысленно представил тело
незадачливого шофера,
летящее в кювет и смешно
машущее гуттаперчивыми
грязными руками, домкрат,
уныло звякнувший о
дорожное покрытие:Жуть!
Закурили по сигарете.
Узкая дорога всё так же
одиноко неслась навстречу.
- А лягушек? Лягушек они
тоже должны есть.
- Лягушек? Ещё как должны..
- А ты видел?
- Видел! Две лапы. Задние:
- Гонишь!! Ты ж говорил, что
это в лесу было!? Местного
какого-то.
- А! Те что в валенках? Так
то волки были..
- Хм:волки. Вот ужас!
- Да уж. А что про лягушек
то?
В сознании тут же возникла
толстая пятнистая рыбина,
притаившаяся за небольшим
валуном. Она двигала
своими чёрными,
безжалостными глазами. У
самого уреза воды
обречённо прыгали
маленькие лупоглазые
животные. Вот одно из них
прыгнуло и, неуклюже,
как-то боком, шлёпнулось в
воду. Застыв на мгновенье,
оно поплыло, изо всех сил
отталкиваясь лапками к
видневшейся над
поверхностью палочке. Что
оно могло знать о
пятнистой опасности? Да
что оно вообще могло знать?
В животе что-то громко
булькнуло и, видение
тотчас исчезло.
Славик странно посмотрел
на меня, промямлил:
- Ну что, по конфете?
- Угу.
- По половине.
- Давай по половине.
Я зашуршал пакетом, силясь
обнаружить остатки конфет,
как мимо промелькнул
одетый в разноцветный
пыльный халат таджик. В
руке у него была палка.
Интересно, почему таджики
всё время ходят с палками?
Наверное, они боятся быть
съедены нашими собаками
или своими пустынными
шакалами. Может быть, они
просто боятся потерять
равновесие: Странно! Всё
время кто-нибудь
кого-нибудь ест. Форели -
лягушек, шакалы -
таджиков, мы - конфеты. И
всё время кто-нибудь
теряет равновесие:
Ленивая мысль текла всё
медленней. Образ
разноцветного пыльного
таджика постепенно
деформировался,
растворялся в сознании.
Освещённая Солнцем,
монотонно шуршащая дорога
навевала сон.
Доминировала. Она уже
больше походила на некий
вращающийся с бешеной
скоростью, огромный
цилиндр.
Держать глаза открытыми не
было больше сил. И они
закрылись. Сами.
Автоматически. В
наступившей темноте
двигались какие-то неясные
очертания. Зелёные,
розовые блики. Линии. По
прошествии некоторого
времени из всего этого
субстрата, неожиданным
образом соткался:пескарь.
Да, да, простой,
обыкновенный пескарь! Он
нагло копошился в песке,
постоянно что-то
проглатывая и шевеля
жаберными крышками. При
этом он нагло смотрел на
меня своими прозрачными
глазами. Было ясно, что
пескарь вовсе не
подозревал о грозящей
опасности. Затем он,
совершенно неожиданно
бросился к поверхности и
схватил пузырек воздуха. С
раздутыми щеками
возвратился на своё место,
застыл на мгновенье
и:выпустил пузырек
обратно. Тот, покачиваясь,
побежал наверх. Пескарь же
снова уставился на меня
своим немигающим взглядом.
Я хотел было что-то
сказать, что-то
противопоставить такому
наглому поведению, но
ничего путного так и не
придумал. Тогда я
повернулся к Славику.
Тот, чуть высунувшись из-за
соседнего камня,
оказывается, тоже с
интересом наблюдал за
эскападами забавной рыбки
- потенциальной жертвы.
Однако вместо того чтобы
кинуться и проглотить
обидчика, форель-Славик
повернулся ко мне своим
пятнистым телом и, как ни в
чем не бывало, заявил
человеческим голосом:
- GOBO, GOBO:
- Что?
Испугавшись, я тут же
открыл глаза. От сна не
осталось и следа.
Реальность с некоторым
опозданием воцарилась в
сознании. Славик, всё так
же невозмутимо, словно
мумия смотрел на дорогу. В
своих чёрных очках он
более походил на
робота-терминатора.
- Что спишь?
- Я? Э:э:нет. А что?
- Да я тебе что то говорю, а
ты не отвечаешь.
- Да? Хм: Странно.
Заглючило.
- А конфеты? Кончились?
- Все съели:
При мысли о конфетах сразу
захотелось пить. Сзади я
нащупал пластиковую
бутыль. Открутил крышку и
сделал большой глоток. В
бутыли оказалась вода.
Жаль что не чай из
папоротника. А может это и
к лучшему? Чай из молодых
побегов папоротника -
могучее тонизирующее
средство. Уйгуры
давным-давно пользуются
этим снадобьем, точнее его
наркотическим действием. И
Ламь тоже пользуется. Все
они знают его излюбленные
пути: Имя этого
чудодейственного
папоротника - Орляк!
- И чего мы ничего не знаем!?
- Ты про что? Про орляк?
- Ну да. Про него:
- Хм: Забавная вещь, да?
- Да: И полно ведь его.
- Сколько хочешь.
Дорога тем временем
расширилась. Машин стало
намного больше. За окнами
замелькали современные
коттеджи. Своим нелепым
видом и не менее нелепой
архитектурой, они больше
напоминали молельные дома
неких инопланетян, нежели
нормальное человеческое
жильё. Одутловатые крепыши
в салатовых ливреях с
тремя буквами на спине -
ДПС, всем своим видом
излучали оптимизм. Всё
говорило о том, что
впереди, под толстой
свинцовой тучей пряталась
Москва. И действительно,
через полчаса она
встретила нас своими
рекламными плакатами,
шквалом машин на кольцевой
автодороге, дождём.
Медленно двигаясь в
потоке, наш бегемот устало
водил щетками по лобовому
стеклу, постепенно
соскребая следы
разбившихся насекомых.
Так и наше путешествие.
Серые гранитные валуны,
ползущие по зелёным
склонам, поросшие седыми
мхами и вечно устремлённые
куда-то коряги, тысячи
прозрачных ручейков, всё
это стало меркнуть,
постепенно заползать в
память, прятаться там в
дальних углах, закоулках.
Всё это уже картины
прошлого. Они уступали
место новым надеждам,
впечатлениям, иллюзиям.
Догадывались ли мы, что
через две недели мы точно
так же будем въезжать в
Город, красться по МКАД,
что дождя уже не будет, но
будет энергетический
кризис, что тысячи людей
застрянут где-то под
землёй, а на заправках
возникнет дефицит
горючего и что поездка
будет куда более удачной?
Возможно.
Но не теперь. Не теперь:
Москва. Июнь 2005г. |
|
